КОРЗИНА
Мои заказы

Ваша корзина пуста

→  Стоимость доставки

→  Как сделать заказ?

→  Способы оплаты

Сборник рассказов От Сайгона до Треугольника Издательство: Издательско-Торговый Дом «Скифия» Город, год: Санкт-Петербург, 2012 ISBN: 978-5-903463-90-9 Формат: Стандартный книжный Тип переплета: Твердый переплет Количество страниц: 240 стр. Возрастная категория: 18+ Цена: 890 руб. бумажная книга В корзину Цена: 299 руб. электронная книга Скачать pdf epub fb2

«От Сайгона до Треугольника» — сборник рассказов-воспоминаний питерских тусовщиков. В него вошли воспоминания Игоря Рыжова, знакомого многим по книгам «Питерский битник» и «Поваренная книга битника», Виктории Хамзиной («Викша»), Бэма Счастливого и Наталии Полянской-Токаревой («Мать Наталия»).

Книга знакомит читателей с жизнью обитателей легендарного заведения на углу Невского и Владимирского проспектов — кафе «Сайгон» и проведет по знакомым местам неформального Ленинграда конца 80-х годов ХХ века.

ИНФОРМАЦИЯ  ОБ АВТОРАХ:

Виктория Винтер (Сайгоновское имя — Викша)
Родилась в Ленинграде в 1969 году. В прошлой жизни — литредактор, в теперешней — биолог, занимается восстановлением экосистем. Живет в Канаде. Сколько себя помнит,  сочиняет научно-популярные рассказы и художественно-бытовые враки.

Бангис Счастливый (Бэм)
Родился на Средней Волге в 1964 году, отец западноафриканец, мать кемеровчанка. Поэт. Музыкант. Перепробовал огромное количество родов профессиональной деятельности. В настоящее время занимается свободным предпринимательством в Африке. Женат. Четверо детей.

Наталия Полянская-Токарева (Сайгоновское имя — Мать Наталия)
Родилась в 1966 году в Ленинграде. Мизантропический пасторальный экзистенциалист. Некогда училась в педагогическом училище №1 им. Некрасова, но попав в Сайгон, бросила его из-за несовместимости андеграундно-богемного образа жизни с нормальным  обучением. Чтобы не посадили за тунеядство, работала секретарем-машинисткой, используя служебное положение для изготовления самиздата. В 1989 году отказалась от наркотиков и уехала в Пюхтицкий монастырь, где была трудницей; после смерти сына в 1993 году усиленно изучала эзотерические практики, но от православия так и не ушла.

Игорь Рыжов
Родился в Ленинграде в 1969 году. Поэт. Битник. Нонконформист. Шутливо определял свой жанр как «меннипея» («Меннипова сатира» — особый род античной литературы, сочетающий стихи и прозу, серьезность и гротеск, комизм и философские рассуждения). Умер в 2010 году.

Пресса о книге:

Настроение воспоминаний: Сборник «От Сайгона до Треугольника»

Эта книга — сборник зарисовок и воспоминаний из неформальной жизни Ленинграда 1980-х годов. На её страницах собраны рассказы о людях и событиях, что во многом определили жизнь ленинградского андеграунда на десятилетия вперёд. Это молодость, мифы и легенды глазами и словами самих обитателей легендарного кафе «Сайгон».

В предисловии к книге сказано: «Легко быть лириком в Сорренто, когда справа Тирренское море, а слева — Везувий и Помпеи. А если выпало родиться и жить на Дыбенко, или, скажем, Электросиле, так элегично воспетой Игорем Рыжовым, то лиризм сам по себе — почти подвиг. Решившийся на него приобретает моральное право на нонконформизм, анархические склонности и социопатию вместе взятые».

В этой ярко и озорно иллюстрированной книге «герои ленинградского Сайгона» рассказывают истории из тех лет — почти всегда веселые, похожие на короткие сценки Довлатова или Веллера. Почти всегда с ноткой трагичности или абсурда, похожие на нашу жизнь тогда.

Из отзывов на просторах Сети: «Это книга о юности и Городе, двух прекрасных стихиях, пронизанных друг другом. Книга маленьких рассказов написанная людьми, постаравшимися не впадать в сопли по поводу ушедшей молодости, утери остроты ощущений и вольной беззаботности, но обо всём этом можно узнать от первого лица. … И всё это объединено духом того места и времени».

Журнал "Пульс" пишет о книге:

1 сентября на Невском проспекте, дом 20, в библиотеке имени Маяковского состоялась презентация авторского сборника с ностальгическим названием «От «Сайгона» до «Треугольника». Человек, родившийся в СССР и особенно в Ленинграде, уже по названию сможет догадаться, о чем в книге пойдет речь. Ведь жизнь ленинградского андеграунда на протяжении двух десятилетий была теснейшим образом связана с именем легендарного кафе.

«Сайгон» закрыли более чем двадцать лет назад, в далеком 1989 году, но мифы о нем по-прежнему будоражат воображение, и вызывают живейший интерес не только у очевидцев «того» времени, но и у нынешней неформальной молодежи. 

У нашего журналиста сразу же возникло немало провокационных вопросов касательно этой книги. На них отвечает одна из авторов сборника, Наталия Полянская-Токарева («Мать Наталия»). 

— Первый вопрос: почему вы решили издать эту книгу?

— почему решили издать? во-первых, потому что изданная юлией валиевой в 2008 году «сайгоновская гипер-монография» «Сумерки Сайгона» не передала истинного образа этого места, редакторская правка выхолостила авторские тексты, кастрировала их, превратив живую среду обитания в музейный экспонат, изучаемый под микроскопом академическими мужами. а хотелось бы, чтобы читателям было передано это ощущение живого, дышащего человеческого сообщества, объединённого не столько 
общим местом, сколько общим образом мыслей, жизни. Именно поэтому «Сайгон» жив до сих пор, несмотря на то, что кафе давно закрыто и даже той страны, в которой оно было, уже нет. И именно потому, что Сайгон до сих пор жив, и возник этот сборник. 

Слишком много легенд и мифов создаётся вокруг, хотелось бы оставить «залог достойнее себя», рассказать о людях, которые сами о себе уже ничего не скажут, но они по-прежнему нами, живыми, любимы... 

во-вторых, все авторы сборника объединены многолетней дружбой, практически родственники, несмотря на то, что жизнь кидала по разным странам и континентам. ведь для нашей любви нет расстояний, в нашем пространстве мы всегда рядышком, вместе дышим, печалимся, веселимся. И Игорь Рыжов, «питерский битник», не так давно ушедший от нас в мир иной, тоже с нами — так мы обманули пространство и смерть обманули, сделав эту книгу, где мы — вместе, в одной обложке — и те, кто написал, и те, кто проиллюстрировал, и те, кто поделился архивными снимками.

Ну и в-третьих, наши соратники и друзья по «Сайгону» давно уже говорили о необходимости издания этих рассказов, многие из которых в Интернете давно уже доступны для чтения, и только благодаря подписке друзей книга смогла обрести свою жизнь. она выношена и рождена «всем миром» и является, по сути, плодом коллективного творчества.

— Для чего вообще вам это надо? Ведь все реформы, о которых вы бредили когда-то в юности, воплотились — свобода перемещения, свобода информации, свобода музыки? Для чего вы занимаетесь этим всем СЕЙЧАС? Когда всё уже состоялось и достигнуто?

— «для чего занимаемся этим Сейчас?» а чем — этим? Мы живём, как жили... да и мы не о том мечтали... поэтому говорить, что «мы всего добились», — не совсем верно. Не было у нас борьбы, нет и победы. И до сих пор мы живём своей, альтернативной общепринятым нормам жизнью. зачастую ценою самой жизни. 

— То есть в извечной оппозиции?...

— представлять себе «Сайгон», как некую оппозиционную силу «совку» — не очень правильно, на мой взгляд. Большинство из нас не боролось с системой, а просто игнорировали её, мы жили альтернативной жизнью. пожалуй, единственный раз, когда лично я вышла на баррикады — это когда сносили «англетер», сдуру пошла вместе с маленькой дочкой в коляске и рыдала в голос, когда здание рухнуло... 

Тогда я и поняла, что протест должен быть не баррикадный, потому как власть никогда не станет слушать тех, кто орёт под окнами. Нужно искать другой путь сопротивления. Разумеется, в «Сайгон» ходили и досиденты, и отсиденты, и отъезжанты, но всё это было в форме вызова, а не регулярной борьбы. ой, вру! Саша Богданов, дай Бог ему здоровья, частенько получал от «стражей порядка» по голове и за свои плакаты и подпольную газету!... Но это скорее исключение, чем правило, его держали за своеобразного такого городского сумасшедшего и относились снисходительно. он до сих пор вольнодумец и уверен, что своей борьбой добивался не того, что творится в стране сейчас.

— чем же отличается «Сайгон» от современных неформальных движений?

— а «Сайгон» не был движением. Там было всякого намешано, причём большей частью — творческая элита, а вовсе не неформалы. Современные неформалы живут в гораздо более свободных обстоятельствах — их не трогает полиция без причины, у них есть доступ к любой информации, способы быстрой связи и организации. Но есть одно Но, которое, на мой взгляд, перечёркивает все достоинства нынешней неформальной молодёжи. Сейчас неформалы — это бренд, целая индустрия со своими магазинами, ярмарками, фестивалями.

я совсем не против зарабатывания денег своими руками. Но как только симпатичному для тебя человеку ты предложил купить у тебя феньку — всё, можно забыть о слове «любовь». Симпатичным людям феньки дарят, вместе с частью своей любви... Сейчас в моде «хиппи выходного дня» — рабочую неделю я сижу в офисе, а в выходные — схожу похиппую... 

И таких декоративных неформалов — большинство, к сожалению. о различиях же неформалов тогдашних и нынешних. всё то, что было для нас единственно возможной формой жизни при совке, — теперь весьма раскрученный бренд. Наша музыка, наша субкультура, наш образ жизни — теперь продукт потребления, весьма успешно продающийся. очень грустно смотреть на толпы молодых бесполых существ, не способных ни к какому творчеству вообще, которые покупают, покупают, покупают... 

Мы друг другу феньки дарили, да и до сих пор дарим, а они — покупают и продают. примета времени. Нет, конечно, молодняк не весь такой. есть и буйные, свободные, талантливые, но в основной массе — вот эта самая бесполая пыль с культом кайфа, причём неважно какого — бухло, гаш, таблетки — всё пойдёт, лишь бы забыть о своём убожестве.

Но хотелось бы соскочить с учительского тона. читайте книжку, а остальное приложится, если захотеть.

Вы можете ознакомиться с отрывком из книги, скачав бесплатно ознакомительную электронную версию:

скачать электронную копию книги 'От Сайгона до Треугольника'

Ознакомительный вариант (PDF)