Лина Сальникова: ТЕМНОЕ ВРЕМЯ ШУТОК

[Циркуль]

Минутные слабости, тяга к публичным поркам.
Незаменимых на деле не существует. 
Слово всегда получается слишком горьким, 
если становится правильней поцелуя. 
Снег отдает бутафорией, город — цирком.
Честность фальшивой нотой звучит снаружи. 

Я начерчу нам — дай этот чертов циркуль —
новую семантическую окружность.

[Светлое]

Темный, свет все так же тебе к лицу, 
твои каравеллы все так же уходят с ветром, 

стаи твои — все те же, не в этом суть, 
                           она в неизбежном, но все-таки незаметном. 

Следующий год, внезапная слабость ног, 
                          тихая грусть от того, что не видел прежде. 

Или как быстро соседский подрос щенок, 
                          приобретая повадки и шаг медвежьи. 

Светлое так же точно тебе к лицу, 
                          что бы бог времени в жизни твоей ни вычел, — 

светлое так же... впрочем, не в этом суть. 

А в том, что оно — одно из моих обличий.

[убийца лилий]

во мне просыпался холодный убийца лилий, 
срезающий стебли им, хрупким, — до сока, с хрустом. 

зачем вы пришли, не решившие «или-или», 
                      зачем вы себя отдаете моим искусствам? 

картонные и несчастные: «оживи нас». 
                     предмет волшебства, волхования и алхимий. 

я молча срезаю стебли н аполовину, 
                     и каждый цветок получает в подарок имя. 

всё просто в любом колдовстве: не проси — не зная. 
                     убийца и мастер не помнят от просьб отказа.

под солнечным светом улыбка ножа — стальная.

и каждое имя молчит над хрустальной вазой.

[отчаянный часовщик]

а потом все крошится — возьми его и рассыпь. 
вязкое, как песок, тебя поглощает время. 
отчаянный часовщик разбивает свои часы,
но все равно стареет.

а потом ложится всё: молчанье на губы, снег, 
тела, чьи-то тени длинные — ни признака новой жизни. 
отчаянный часовщик помнит часы на своей стене
до мельчайшего механизма.

а потом всё слушает монотонный шуршащий шум. 
хуже колодца и маятника, молота с наковальней... 
отчаянный часовщик, про которого я пишу, — 
я. 
а ты — это время, 
что
сейчас
меня

Лина Сальникова «Вечная переменная»

Стопка истрепанных писем падает со стола. Один лист цепляется за другой, и каждый — сам по себе. В наших руках они складываются в большую историю и рассыпаются на элементы. Штампы и линейки, тире и точки, напечатанные слоги и разлитые  чернила — наш способ сказать миру о том, что мы еще живы, еще любим, еще помним.

• Мы отправляем послание.
• В каждой его странице — вечная.
• В каждой его строчке — переменная.

узнать больше и купить книгу ►

Лина Сальникова «Тёмное время шуток»

Пока над твоей головой кружится лунная монетка, считай до десяти и угадывай — на какую сторону она упадет. Начинай с конца, читай с начала, выбирай темное или светлое — никогда не угадаешь, и слова снова сыграют с тобой эту шутку, черно-белый мир перевернется, чтобы ты запомнил его — таким. Тёмное время шуток Лины Сальниковой — бесконечное мгновение памяти, долгий путь из глубины к свету.

Однажды Голос отделяется от поэта и становится сильнее его, в этот момент и рождаются книги. С Линой Сальниковой это произошло в особенное время — тёмное время шуток, когда сложно верить самому себе, но нет шанса не сделать шаг. От двух полюсов истории начинают свой путь, чтобы встретиться на границе и снова разминуться: Голос никогда не устает, книга никогда не заканчивается.

узнать больше и купить книгу ►