Комментарий Игоря Скифа:

По поводу Аскольда и Дира есть и другие теории: так польский историк XV века Ян Длугош, автор двенадцатитомной «Истории Польши», считал Аскольда славянином и потомком Кия.

Другие исследователи полагают, что славянином был только Дир, а Аскольд был варягом (на это указывает его скандинавское имя) и воеводой Дира, впоследствии узурпировавшим власть. Византийские источники, рассказывая о нашествии русов в 860 г., упоминают только об одном князе. Поэтому не исключено, что в реальности существовал только один человек, Аскольд, а Дир — это его прозвище.

По другой гипотезе, Аскольд и Дир правили в разное время. Упоминание о Дире иногда видят в сообщении арабского географа аль-Масуди (середина X века), о неком могущественном славянском правителе:

«Первый из славянских царей есть царь Дира, он имеет обширные города и многие обитаемые страны, мусульманские купцы прибывают в его землю с различного рода товарами».

Следовательно, Дир мог править либо после Аскольда, либо ещё до его прихода. По одной из версий Дир, упомянутый аль-Масуди, правил после Олега Вещего, но был смещён и убит легендарным Олегом II (которого в свою очередь около 936 года изгнал двоюродный брат Игорь Рюрикович). По этой версии, автор Повести Временных Лет совместил предание об устранении Аскольда князем Олегом Вещим с преданием об устранении Дира легендарным Олегом II.

По еще одной версии Дир княжил в Киеве до Аскольда и принимал участие в походе 860 года. Высказывалось предположение, что Дира можно отождествить с «царём славян», к которому кавказское племя санарийцев в 850-х годах обратилось за помощью против арабского халифа. Этот «царь славян» был поставлен автором IX века ал-Йа’куби наравне с правителями Византии и Хазарии.

В.Н. Татищев, опираясь на «Иоакимовскую летопись», полагал, что приглашение Аскольда в Киев произошло из-за отсутствия у полян правителя, то есть, как полагают другие историки, после смерти Дира. Впрочем, сам Татищев считал появление Дира ошибкой в прочтении текста летописи.

Комментарий Марины Георгиевой:

Возвращаюсь к Соловьеву, он хорош подробностями, объяснениями... А конкретно этот отрывок замечательно, хоть и неявно, перекликается с Вернадским и его Русским Каганатом. Итак:

"Предание говорит, что много людей перебежало из Новгорода в Киев: здесь, на южном конце великого водного пути из Варяг в Греки, образовалось в то же время другое варяго-русское владение. Было, говорит предание, у Рюрика двое мужей, не родных ему; они выпросились у него идти к Царю-граду с родом своим, и когда шли вниз по Днепру, то увидели на горе городок, и спросили у тамошних жителей, чей он. Им отвечали, что были три брата, Кий, Щек и Хорив, построили этот городок и перемерли, а потомки их платят теперь дань козарам. Аскольд и Дир остались в городке, собрали около себя много варягов и начали владеть землею полян.

Это предание совершенно согласно с обстоятельствами описываемого времени: варягам был давно известен великий водный путь из Балтийского моря в Черное; давно они усаживались между племенами, жившими у его начала; дело невозможное, чтобы, зная начало пути, варяги не стали пробираться тотчас же по нем вниз к Черному морю; летописец указывает путь из Варяг в Греки, прежде нежели начинает рассказ о событиях, непосредственно за рассказом о расселении племен славянских; тут же у него вставлено сказание о путешествии апостола Андрея по этому пути; Аскольд и Дир прямо выпрашиваются у Рюрика в Грецию и идут известною дорогою.

Вот почему и прежде согласились мы допустить, что варяги-русь, зная начало великого водного пути ранее прихода Рюрикова, знали и конец его ранее этого времени, что шайки их давно усаживались на берегах Черного и Азовского морей и оттуда опустошали окрестные страны, на что так ясно указывают свидетельства арабов и некоторые другие.

Но, как видно, до сих пор варяги являлись на великом водном пути из Балтийского моря в Черное только в виде малочисленных дружин, искавших службы при дворе императора или мелкой добычи на берегах Империи, без мысли и без средств основать прочное владение в землях, лежащих по восточному пути. Так, Аскольд и Дир отпросились у Рюрика в Грецию с родом своим только! Вот почему они не хотели, да и не могли утвердиться нигде по восточному пути до самого того места, начиная с которого Днепр поворачивает на восток, в степь. Здесь, среди славянского племени полян, плативших дань козарам, в городке Киеве, Аскольд и Дир остановились.

Как видно, Киев в то время был притоном варягов, всякого рода искателей приключений, чем впоследствии были Тмутаракань и Берлад; видно, и тогда, как после, во времена Константина Багрянородного, Киев был сборным местом для варягов, собиравшихся в Черное море. Аскольд и Дир здесь остановились, около них собралось много варягов; сюда же, по некоторым известиям, перебежало из Новгорода много людей, недовольных Рюриком; Аскольд и Дир стали вождями довольно многочисленной шайки, окрестные поляне должны были подчиниться им; есть известия, что они дрались с степными варварами, с соседними славянскими племенами — древлянами и угличами, с дунайскими болгарами. Если примем известие, что варяги Аскольд и Дир засели в полянском городке Киеве, то не имеем права отвергать приведенные известия: владелец украинского городка необходимо должен был вести войны с степными варварами и с окольными славянскими племенами — и прежде более воинственные древляне и гличи обижали более покойных полян; наконец, столкновения с дунайскими болгарами были естественны по самому пути, которым обыкновенно русь ходила в Грецию.

Ставши вождями довольно многочисленной дружины, Аскольд и Дир вздумали сделать набег на Византию, исполнить заветную мысль варяга, с какою они отправились из Новгорода; на 200 ладьях приплыла русь к Царю-граду, но попытка не удалась: буря, вставшая, по греческим свидетельствам, вследствие чудесного заступления богородицы, разбила русские лодки, и немногие из дружины Аскольдовой возвратились с своими князьями назад в Киев."