Комментарий Игоря Скифа:

Думаю, что есть смысл дать здесь немного информации о том, что представляли из себя в то время венгры и Венгерское королевство:

Предками венгров являются воинственные полукочевники-скотоводы, прародиной которых считаются степные области к востоку от Урала. В отличие от своих ближайших языковых родственников — хантов и манси, оставшихся в тайге — венгры ушли в степи и стали вести кочевой образ жизни.

Примерно в I тыс. н. э. венгры перекочевали в бассейн Нижней Камы, позже в причерноморские и приазовские степи и находились под властью хазар и булгар.

В 896 г. под предводительством Арпада и Курсана они поселились в Трансильвании, откуда овладели Паннонией и впоследствии заняли сегодняшние земли восточной Австрии и южной Словакии.

Подвижная кавалерия мадьяр, легко ускользающая от тяжелой рыцарской конницы, жестоко и почти безнаказанно опустошала почти всю континентальную Западную Европу. Первым успешным набегом считается поход в Италию в 899 г., когда венгры победили итальянского короля Беренгария I в битве на р. Брент. В Х веке мадьярская конница грабила Баварию, Италию, Саксонию, в 926 г. дошли до Рима.

В 924-927 гг. венгерская конница опустошала Бургундию, Прованс, Баварию и Италию; в 933 г. мадьяры дошли до Константинополя, в 941 и 944 гг. мадьяры через Южную Францию вторгались в Испанию, причем в 944 г. столкнулись там даже с арабами.

Повсюду венгры захватывали богатую добычу, сжигали города, опустошали села, вывозили в плен девушек и женщин, которые, как правило, становились их женами и рожали им детей — таким способом те венгры, чьи жены погибли во время войны с болгарами и печенегами, создали новые семьи. Примечательно, что в этот период набеги мадьяр почти или совсем не затрагивали славянские страны (Чехию, Польшу, Киевскую Русь).

К XI веку пришельцы-венгры ассимилировались с местным населением (валахами) и, переняв многие их обычаи, культуру, слова их языков, перешли на оседлое проживание. Образовалось Венгерское государство, которое за свою историю имело различные размеры и содержало в себе различные территории. Стала образовываться венгерская нация.

Князь Геза (972 - 997) счел за лучшее принять христианство, поскольку Венгрия оказалась в клещах между двумя вновь усилившимися союзными христианскими империями — Германией и Византией. Тем не менее крещение Геза принял (в 974 г.) от самого папы римского, без посредников, причем продолжал поклоняться и языческим богам. Он запретил венграм грабительские набеги на соседей, жестоко усмирял феодалов, постепенно навел порядок в государстве. Он создал тяжелую кавалерию, состоявшую в основном из иностранных наемников (варяги, хорваты, болгары) под командованием немецких рыцарей-швабов.

В 1000 году князь Вайк принял католичество, имя Иштван (Стефан) и титул короля. Иштван I окончательно превратил мадьярский союз племен в европейское королевство.

Король Кальман Книжник (1095 - 1116), получивший свое прозвище за пристрастие к литературе, в 1099 г. вмешался в междоусобицу в Киевской Руси, поддержав великого князя Святополка II против галицких Ростиславичей, но его армия потерпела сокрушительное поражение в битве у Перемышля от совместного войска россиян и половцев.

Зато в 1102 г. Кальман окончательно присоединил к Венгерскому королевству Хорватию, а к 1105 г. отвоевал у венецианцев Далмацию.

И еще: достаточно любопытная статья обзорного плана по названием "Как кочевники-оленеводы с Крайнего Севера оказались в центре Европы и стали венграми" вышла на сайте kulturologia.ru:

Откуда они появились? Ответ на этот вопрос был получен случайно, когда обнаружилось родство языков венгров и ряда народов Крайнего Севера России. В это трудно поверить, но кочевники-оленеводы пришли в Европу, став одним из самых самобытных народов Старого Света.

Начало I тысячелетия нашей эры в Евразии было отмечено вторжением гуннов и значительным похолоданием, что послужило началом Великому переселению народов. Волна передвижения подхватила и угорский этнос, населявший территории на границе южной тайги и лесостепи Западой Сибири, от Среднего Урала до Прииртышья — протоугров. От тех, что пошли на север, произошли ханты и манси, а те, что двинулись на запад, к Дунаю, были предками венгров, или мадьяр, как они называют себя сами — единственных представителей финно-угорской языковой семьи в Центральной Европе.

Родственники Мадьяр

Сами названия народов манси и мадьяр происходят от общего корня «мансэ». Некоторые ученые считают, что слова «вогулы» (устаревшее название манси) и «венгры» — созвучные варианты одного и того же имени. Собирательство, охота и рыболовство – вот чем занимались предки мадьяр, манси и хантов. Лексика, связанная с последними двумя занятиями, сохранилась в венгерском языке с тех самых пор. Базовые глаголы, слова, описывающие природу, семейные связи, родоплеменные и общинные отношения также имеют угорское происхождение. Любопытно, что венгерский язык больше похож на мансийский, чем на хантыйский. Первые два языка оказались более стойкими к заимствованиям из других и сохранили в себе больше от языка-предка. 

В мифологии венгров, хантов и манси тоже прослеживаются общие черты. У всех них есть представление об делении мира на три части: в ханты-мансийских мифах это воздушная, водная и земная сферы, а в венгерских — верхний (небесный), средний (земной) и нижний (подземный) миры. Согласно поверьям мадьяр, у человека две души — душа-дыхание и свободная душа-тень, которая может покидать человека и путешествовать, о существование такой же упоминается и в мансийских мифах, с тем отличием, что всего у мужчин душ может быть 5 или 7, а у женщин — 4 или 6.

Соседи венгров, их влияние на культуру

Передвигаясь по Поволжью, предки венгров встречали на своем пути скифов и сарматов — народы иранского происхождения, научившие их скотоводству, земледелию и обработке металлов — меди, бронзы и впоследствии железа. Весьма вероятно, что протовенгры во второй половине VI века состояли в Западном Тюркском каганата и вместе с тюркютами активно участвовали в среднеазиатской и иранской политике. Иранские мотивы и сюжеты прослеживаются в венгерской мифологии и изобразительном искусстве, а в венгерских хрониках Персия часто упоминается как страна, где живут «родичи мадьяр». Их поисками занимался Арминий Вамбери, известный венгерский путешественник и учёный-востоковед, путешествуя во второй половине 19 века по Средней Азии и Ирану. 

Осваивая скотоводство в степях к востоку от Южного Урала, предки мадьяр ведут кочевой образ жизни, а охота и земледелие начинают играть в хозяйстве вспомогательную роль. Вероятно, после восстания части угорских племен против Тюркского каганата, уже к концу VI века, протовенгры появляются на территории современного Башкортостана, в бассейне Нижней Камы, Южного Предуралья, частично у восточных склонов Урала. Предположительно в этой местности находилась Великая Венгрия (Hungaria Magna) — прародина венгров, которая упоминается в отчёте средневекового монаха-дипломата Джованни Плано Карпини и в венгерской хронике «Gesta Hungarorum». Некоторые исследователи располагают Великую Венгрию на Северном Кавказе, другие считают, что ее в действительности не существовало, потому что в Средние века ученые были склонны искать прародину у всех народов. В пользу первой, самой распространенной версии, говорит открытие Баяновского могильника в низовьях Камы. 

Российские и венгерские археологи исследовали его, нашли в нём сходство с погребениями венгров IX-X веков, а также предметы явно венгерского происхождения и считают, что находки говорят о общих предках населения Предуралья и европейских венгров. Схожие племенные названия башкир и венгров и одинаковые географические названия в Башкирии и Венгрии подтверждают былое соседство этих народов 

Экспансия и миграция мадьяр

В VI-VII веках мадьяры постепенно мигрировали на запад, к донским степям и северному берегу Азовского моря, где жили рядом с тюрками булгарами, хазарами, оногурами. Частичное смешение с последними дало мадьярам еще одно название этноса — венгры, особенно это заметно по латинским Ungari, Ungri, английским Hungarian(s) и другим европейским языкам, а русский язык заимствовал польское węgier. На новой земле — Леведии (по имени выдающегося вождя одного из венгерских племен) венгры признали власть Хазарского каганата, участвовали в его войнах. Под влиянием новых соседей постепенно усложнялись структура общества, нормы права и религия. Тюркоязычное происхождение имеют венгерские слова «грех», «достоинство», «разум» и «закон». 

Под давлением хазар территория проживания мадьяр сдвигалась на запад, и уже в 820-е годы они селятся на правом берегу Днепра, где раньше. Примерно через 10 лет венгры вышли из-под власти Хазарского каганата, и к концу IX века постепенно расселились в степях между Днепром и Днестром. 

Свою новую родину они назвали Ателькузой — по-венгерски Etelköz значит «междуречье». Мадьярский союз племен участвовал в византийских войнах. В 894 году венгры и византийцы предприняли сокрушительную атаку на Болгарское царство на Нижнем Дунае. Через год, когда мадьяры ушли в долгий поход, болгары под предводительством царя Симеона I вместе с печенегами нанесли ответный удар — разорили Ателькузу и пленили или перебили почти всех молодых женщин. Венгерские воины вернулись и нашли свои земли опустошенными, пастбища – занятыми врагами, от всего народа осталась лишь малая часть. Тогда они решили покинуть эти земли и двинуться к Дунаю, туда, где раньше располагалась римская провинция Паннония, а позже — центр Гуннской империи. 

Направление было выбрано не случайно, ведь, по венгерскому преданию, в мадьярах течет кровь гуннов. Возможно, в нем есть доля правды, ведь после разгрома войск, оставшихся после смерти Аттилы, оставшиеся гунны во главе с его сыном поселились в Северном Причерноморье и жили там как отдельная народность около двухсот лет, пока полностью не ассимилировались с местными жителями. Вероятно, что они могли породниться и с предками современных венгров.

Как говорится в венгерских летописях Средних веков, мадьяры отправились в Подунавье забрать наследие их вождя Алмоша, ведущего род от Аттилы. Согласно преданию, Емеше, матери Алмоша, приснилось, что её оплодотворила мифическая птица Турул ( от тюркского «ястреб») и предсказала женщине, что её потомки будут великими правителями. Таким образом было дано имя Алмошу, от венгерского слова «àlom» — сон. Исход венгров произошел во времена правления князя Олега и отмечен в 898 году в древнерусских летописях как мирный уход через киевские земли на запад. 

В 895-896 годах под началом Арпада, сына Алмоша, перешли Карпаты семь племен мадьяр, и их вожди заключили договор о вечном союзе племен и скрепили его кровью. В те времена на Среднем Дунае не было крупных политических игроков, которые могли бы помешать венграм овладеть этими плодородными землями. Венгерские историки называют X век временем обретения родины — Нonfoglalas. Мадьяры стали оседлым народом, подчинили себе живших там славян и тюрок и смешивались с ними, ведь женщин у них практически не осталось. 

Переняв многое из языка и культуры местных жителей, венгры всё же не утеряли свой язык, а, напротив, распространили его. В том же X веке они создали письменность на основе латиницы. Арпад начал править на новой родине и основал династию Арпадовичей. Семь племён, которые пришли на дунайские земли, насчитывали 400-500 тысяч, а в X-XI веках венграми стали называться в 4-5 раз больше человек. Так появился венгерский народ, основавший в 1000 году королевство Венгрия. В XI веке к ним присоединились печенеги, изгнанные половцами, а в XIII веке — сами половцы, бежавшие от монголо-татарского нашествия. Этническая группа палоцей венгерского народа — их потомки.

В 90-х годах XX века для поиска предков венгров были проведены генетические исследования, которые показали, что венгры – типичная европейская нация, учитывая некоторые отличительные особенности жителей севера Венгрии, а частота группы генов, характерных для народов, говорящих на финно-угорских языках, у венгров составляет всего 0.9%, что совсем не удивительно, учитывая, как далеко от угорских предков их увела судьба. 

(Источник: https://kulturologia.ru/blogs/021217/36889/, автор не указан)

Комментарий Марины Георгиевой:

События, предшествующие очередному съезду князей, решения которого снова не будут соблюдены в полном объеме:

В 1099 г. Святополк пригласил венгров, а Ростиславичи заключили союз со своим бывшим врагом князем Давидом Игоревичем, который получил помощь от половцев. Святополк и венгры были разбиты, а Давыд Игоревич вновь овладел Владимиром-Волынским.

В августе 1100 г. Святополк Изяславич, Владимир Мономах, Давыд и Олег Святославичи собрались на съезд в Уветичах и заключили между собой союз. Заметьте, Давыда на самом съезде не было, он прибыл через несколько недель.

Князья заставили его передать Святополку Изяславичу Владимир-Волынский. Святополк же передал Давыду Игоревичу Бужск, Дубно и Чарторыйск, а во Владимире-Волынском посадил своего сына Ярослава. Позднее Святополк обменял города Давыда Игоревича на Дорогобуж, где тот и умер в 1112 г., после чего Святополк отобрал у его сына и Дорогобуж.

Кстати о венграх) Дочь Сбыславу Святополк выдал замуж за польского короля Болеслава, а другую — Предславу — за венгерского королевича.

И, теперь, немного из Сергея Михайловича Соловьева:

«Святополк между тем прибежал во Владимир с двумя сыновьями — Мстиславом и Ярославом, с двумя племянниками, сыновьями Ярополка, и Святославом, или Святошею, сыном Давыда Святославича; он посадил во Владимире сына своего, Мстислава, другого сына, Ярослава, послал в Венгрию, уговаривать короля идти на Ростиславичей, а сам поехал в Киев.

Ярославу удалось склонить венгров к нападению на волость Володаря: король Коломан пришел с двумя епископами и стал около Перемышля по реке Вагру, а Володарь заперся в городе.

В это время возвратился Давыд из Польши, куда бежал из Червена перед началом неприятельских действий Святополка с Ростиславичами; как видно, он не нашел помощи в Польше; общая опасность соединила его теперь с Ростиславичами, и потому, оставивши жену свою у Володаря, он отправился нанимать половцев; на дороге встретился с знаменитым ханом их Боняком и вместе с ним пошел на венгров.

В полночь, когда все войско спало, Боняк встал, отъехал от стана и начал выть по-волчьи, и вот откликнулся ему один волк, за ним много других; Боняк приехал и сказал Давыду: «Завтра будет нам победа над венграми».

С. М. Соловьёв «История России с древнейших времен»
— СПб., 1851—1879

Что же касается половцев и, конкретно, хана Боняка — есть прекрасная статья. Автор — историк и археолог, доктор исторических наук, профессор, крупнейший специалист по археологии, истории и культуре кочевых народов средневековья Светлана Александровна Плетнёва:

«...в летописи с конца XI в. начинают постоянно встречаться имена половецких князей (ханов). Если в первые 40 лет пребывания половцев в южнорусских степях летописцы назвали всего двух князей: Блуша и Сокала, то в период с 1096 по 1117 г. в Ипатьевской летописи упомянуто 26 князей.

Причина этого, на наш взгляд, заключается в появлении у половцев достаточно постоянных, занимающих определенные земли крупных половецких объединений: богатых феодальных семей, орд, союзов. Возглавлялись они более или менее известными на Руси и популярными в степях ханами. Одни из них только упоминались летописью в связи с их гибелью, так как летописцы всегда с удовольствием перечисляли убитых в сражениях с русскими ханов, о других говорится в летописных записях разных лет по нескольку раз.

Эти последние ханы были, по-видимому, самыми влиятельными и сильными среди своих соотечественников, поскольку именно им удавалось организовать наиболее крупные походы на русские земли. Такими ханами в конце XI — начале XII вв. были хан Шарукан — основатель целой династии половецких ханов XII в. (Сугра, Отрока, Кончака, Юрия), хан Тугоркан, на дочери которого вынужден был жениться в 1096 г. киевский великий князь Святополк Всеволодич, и, наконец, хан Боняк, имя которого упоминается в шести летописных записях, т.е. почти столь же часто, как и имя Кончака — знаменитого половецкого хана, ярого врага Руси в 70-80-е годы XII в.

 Наиболее ранние известия о Боняке мы находим в повествовании Анны Комнин о делах своего отца — императора Алексея Комнина. Она называет его Маниак, а его сподвижника Тогортак. В.Г. Васильевский считал, что отождествление названных Анной половецких князей с Боняком и Тугорканом русской летописи не вызывает сомнений.

В начале 90-х годов XI в. Византийская империя зашаталась под ударами печенежских орд, отступивших на Балканский полуостров под давлением половцев. Алексей Комнин обратился за помощью ко всему христианскому миру. Однако помогли ему только откликнувшиеся на призыв половцы, пришедшие в Византию под предводительством Боняка и Тугоркана. Алексей принял половецких вождей с царской роскошью и осыпал подарками, пытаясь всеми силами закрепить союзнические отношения.

Половцы, хорошо осведомлённые о коварстве византийских правителей, неохотно вступали в тесные контакты. Хан Боняк, в частности, долгое время отказывался от приглашений Алексея посетить его в лагере византийского войска, боясь, видимо, предательства и плена.

Алексей некоторое время не решался свести на поле битвы печенегов и половцев, так как вполне резонно опасался, что во время боя воины обоих народов, говорящие на одном языке, договорятся между собой и уничтожат византийцев. Только после ультимативного требования половцев, заявивших, что в случае дальнейших промедлений они начнут самостоятельные действия, царь назначил день сражения.

Оно окончилось полным уничтожением печенегов. В ночь после боя византийцы перебили 30 тыс. пленных (женщин и детей). Устрашённые дикой жестокостью союзников, половцы поспешно, забрав добычу, начали отступать к Дунаю. В.Г. Васильевский, пользовавшийся венгерскими источниками, считает, что на Дунае они были разбиты венгерским войском Владислава, а затем ушли в родные степи на Днепр.

Богатая и легко доставшаяся добыча, принесённая из Византии, побудила Боняка и Тугоркана вновь заняться организацией далёкого похода на Империю. Нашёлся и повод для этого похода: к половцам за помощью и поддержкой обратился на этот раз политический авантюрист — претендент на византийский престол, выдававший себя за давно убитого Константина, сына императора Романа-Диогена. Несмотря на то, что половцы потеряли в нём больше половины воинов, они сохранили не только своих вождей, но и, по-видимому, наиболее боеспособные силы, хотя добыча и была у них отнята в одном из последних сражений, о чем не без удовольствия сообщала в своем сочинении и царевна Анна Комнина...

Пока Боняк и Тугоркан дрались и интриговали у границ Византии, в степях у них дома случалась беда — два хана (Итларь и Китян), пришедшие в Переяславль к Владимиру для заключения мира, были убиты во время переговоров, а их вещи и скот захвачены. Месть за них, а также, вероятно, желание восстановить свой престиж после византийского поражения побудили Боняка и Тугоркана немедленно начать войну с Русью. Тем же летом 1095 г. был взят и сожжён на Руси город Юрьев, а весной следующего года началось планомерное наступление на Русь.

Боняк в апреле 1096 г. вновь направил свой удар на Русь и далее — на Киев, а Тугоркан в мае подошёл к Переяславлю. Боняк разграбил окрестности Киева и сжёг на Берестовом княжеский двор. Для Тугоркана же разделение сил кончилось несчастливо — войско его было наголову разбито русскими, а сам он, его сын и «инии князи мнози» убиты в битве. В ответ на смерть своего соратника Тугоркана Боняк вновь обрушился на Киев и «мало в город не вогнаша половци». Выдубечский и Печерский монастыри были сожжены и ограблены, церкви разрушены. В огне этих пожаров закалилась сила Боняка, окрепла его популярность и слава удачного военачальника среди половцев...

Враждебность Боняка по отношению к Руси была так сильна, что он почти не участвовал даже в междоусобных войнах русских князей, хотя остальные половцы неоднократно разоряли Русь с помощью русских же князей, наводивших орды на земли соседей-врагов. Только однажды, в самом начале своего пути, в 1097 г. он принял участие в русской смуте на стороне противников киевского князя Святополка, бывшего и его лютым врагом. Посчитался он в этой междоусобице и с венграми за поражение на Дунае.

Венгры были приглашены Святополком в качестве союзной конницы. В битве, которая произошла у Перемышля (на р. Вягре) Боняк проявил себя как опытный полководец — он разделил свое войско на три полка и послал один из них во главе с Алтунопой на венгров. Алтунопа с воинами осыпал венгров стрелами и начал поспешно отступать вдоль реки, заманивая за собой противника к засаде, в которой сидел Боняк с обоими полками. Венгры, увлекшись погоней, попали в окружение. Два дня гнали и секли их половцы... Разгром был полный...

Многие годы «шелудивый хыщник» Боняк, неоднократно проклинаемый монахами-летописцами, грозил русскому пограничью. Где же находились кочевья его орды или нескольких орд, входивших в его объединение?

Можно предполагать, что владения хана Боняка простирались по обе стороны Днепра, там, где в конце XII в. постоянно упоминаются кочевья Приднепровского союза орд. Вполне логично предположить, что сложение этого союза началось при Боняке — он возглавлял его более 50 лет.

 В конце XII в. среди приднепровских половцев была хорошо известна орда Бурчевичей (тюрк, böri — волк, бурчевичи — волки). Её ханы Изай, Осолук, Ельдечук не раз упоминаются в летописи. Орду Бурчевичей знали и восточные авторы. Ал-Мансури именовал её Бурджоглы. Представляется вероятным, что территория, занятая некогда этой ордой, может быть локализована на речке Волчьей, притоке Самары.

Чьей же была эта сильная большая орда, ведущая своё происхождение от древнетюркского тотема (волка) и кочующая на левобережьи Днепра?

Небезынтересно вспомнить хорошо известный рассказ русской летописи о хане Боняке — жреце культа волка-покровителя. В ночь перед битвой на Вягре Боняк, по словам летописца, занимался волхованием: «...и яко бысть полунощи и встав Боняк отъеха от рати и поча выти волчьски и отвыся ему волк и начата мнози волци выти». Так он просил и испрашивал победу у волков.

Очевидно, хан Боняк, ждущий покровительства волков, и орда, имеющая личным тотемом волка, связаны между собой: Боняк был, по-видимому, ханом орды Бурчевичей. В этой орде он был не только хан-военачальник, но и хан-волхв, или жрец. Как известно, объединение функций гражданских и культовых в руках одного человека характерно для периода перехода к классовому обществу, в данном случае — от патриархально-родового к феодальному. Для этого же периода типично и возникновение союзов племён или орд — зачатков объединений государственного типа. Во главе их вставали обычно наиболее дееспособные ханы.

Таким был Боняк. За свою долгую жизнь он не только сумел выдвинуться как талантливый и удачливый военачальник, но и смог объединить приднепровские орды в сильный союз. Правда, союз был ещё рыхлым и неустойчивым, границы его были во времена Боняка ещё очень неопределёнными, но только он один выстоял под ударами русских князей, руководимых энергичным и решительным Владимиром Мономахом. В битвах с ним Боняк потерял немало сподвижников: в 1096 г. — Тугоркана, в 1103 г. — Алтунопу, в 1107 г. — брата Тааза, а в 1151 г. — сына Севенча. Тем не менее ему удалось сохранить свою орду, сохранить в приднепровских степях её главенствующее положение и свою руководящую роль в Приднепровьи.

Недаром Кончак — глава нового мощного объединения донских половцев конца XII в., несмотря на отсутствие прямых родственных связей, считал себя наследником Боняка, наследником дела объединителя половцев и их идейного вождя. В 1185 г. Кончак говорил своему союзнику Гзаку: «Пойдём на Киевскую сторону, где суть избита братия наша и великий князь наш Боняк». Так высоко расценили потомки деятельность своего первого хана.»

С. А. Плетнёва «Хан Боняк и его время».
// Проблемы археологии. II. Л.: 1978