(812) 575-25-66 | skifiabook@mail.ru
   

книга соснора купить

От автора книги:
Тридцатилетний труд... На мой взгляд, главное достоинство этой книги в том, что она честная. Виктор Соснора показан таким, какой он есть, во всей своей сложности, непредсказуемости, парадоксальности — яркая, могучая личность без глянца. Гениальный поэт, художник и Человек.
Больше всего поражает в личности Виктора Сосноры беспримерная внутренняя свобода. Свобода и смелость высказываний, без оглядки на авторитеты и устоявшиеся мнения. Эти высказывания полемичны и удивительны, они поворачивают предмет неожиданной стороной, заставляют взглянуть по-новому, будоражат. И это естественное, природное свойство Виктора Сосноры, его характер. Он такой и другим быть не может. Книга эта — дань моего безграничного уважения к Виктору Сосноре, моему учителю.
Считаю необходимым пояснить: хотя я стремился как можно вернее записать высказывания Виктора Сосноры, я, тем не менее, не могу претендовать на дословность и буквальную точность передачи этих высказываний. Я так их услышал и так их записал. Неизбежно получается моя авторская интерпретация, моя авторская призма.
Вячеслав ОВСЯННИКОВ


Отрывки из книги «Прогулки с Соснорой»

1995 — 14 марта

Владимир Татлин. «Натурщица».  1913 г. Холст, масло. 143 x 108 см. Государственная Третьяковская галерея, Москва, Россия.

Иллюстрация: Владимир Татлин. «Натурщица». 1913 г. Холст, масло. 143 x 108 см. Государственная Третьяковская галерея, Москва, Россия.


Гуляли в лесу. Прекрасный солнечный день, весенний воздух, на дорожках еще снег, по-мартовски свежо. Он рассказывал, как открыл двух ранних «шагалов» в запаснике Псковского музея.

— Ведь я — оценщик живописи, таких, может быть, десяток во всей стране. Месяц жил в этом запаснике (подвале), тогда молодой, 23 года, много пил. Директор музея — женщина. Утром проснулся, разлепил глаза, вижу: картина у стены, фантастический кусок. Что за чертовщина! «Это же у тебя Шагал!» — говорю ей. Написали письмо Шагалу в Париж. Он ответил: точно сказать не может, но не исключено, что это его ранние работы. Потом экспертиза удостоверила две его картины, висят в Псковском музее в зале.

С Татлиным был знаком. Мне было шестнадцать. Татлин тогда маразмировал. Писал цветы, роскошнейшие букеты. Дай бог так писать. Блестящая живопись. Но так могли бы и другие. Одним словом, это прекрасно, но это не Татлин, не тот художник высшего уровня, великий, каким он был еще в 1920-м.

Я не понимаю, почему они все тогда сломались, я имею в виду великих, все до одного, кто остался в этой стране. Сломались духовно, психически. Вот и Пастернак. В «Сестра моя — жизнь» он — величайший поэт. А потом — провал. Он пишет «Лейтенанта Шмидта» и считает это своей новой вершиной. Как это понять? Не понимаю. Вообще меня всегда интересовало, что художники думают о себе.

Отчего перестают писать? Оттого, что заходят в тупик. Я имею в виду — высшие художники. Они затрачивают колоссальное количество энергии на свои произведения, потому что добиваются вершин, ищут открытий, создают изощреннейшее. А ведь силы у организма не безграничны, есть предел. Силы истощены, организм перестает работать, у него нет больше возможности чего-нибудь достигнуть.

Это в крови, это вегетативная система. Так, например, сорвался Гоголь. Величайший писатель, мирового уровня, каких мало. Он писал всего десять лет. А потом жил еще десять и писал, но это было уже все равно что не писал, и он понимал это. Понял — перестал жить, потому что жил только этим.

Средние художники могут писать до глубокой старости не истощаясь, потому что цели ставят перед собой средние, и соответственно им и затрата энергии, спокойный режим, тишь и гладь. Ведь великие художники живут в стрессах и пишут в стрессах. Потому что эта жизнь вокруг них, которой живут все, эта действительность — что в ней интересного? Однообразная серая скука, и так всегда. Все эти ахи: ах, природа! ах, закат!

Крестьяне каждый день видят эти закаты и не замечают. Надоели они им до смерти. А в стрессе, в переживании изнутри, во внутреннем взрыве ломаются грани, возникают странные, загадочные, великолепные или ужасные миры. Вообще художники живут в себе, собой, для себя. Я говорю о творчестве и произведениях. Никакого дела нет ни до читателей, ни до денег, ни до славы. Только — достигнуть намеченных самому себе вершин, сделать то, что ты сам хочешь. Художник перепрыгивает с вершины на вершину и при этом может сорваться, может писать дерьмо. Но это его дерьмо, он стремится из него выбраться и достичь новой вершины.

Другой тупик — это когда у художника исчерпываются его формы. Вот я уже двадцать лет не пишу стихи, ни строчки. Я самый разнообразный из всех русских поэтов. Разнообразней Хлебникова. О Пушкине нечего и говорить, какое у него разнообразие? Но я исчерпал все мои, возможные для меня формы. Больше мне придумать нечего. Мои нервы, моя кровь не загораются работой, у них отпала потребность сочинять стихи. В прозе — дело другое. В прозе я вижу еще много неиспользованных ходов. Исчерпаются возможности в прозе, что ж — перестану писать. Да и сколько можно. Возраст-то какой. Шестьдесят лет. В таком возрасте уже нельзя писать. Писать, конечно, можно — фигню, том за томом, до бесконечности. Но я себе просто запрещаю. Тут действует моя железная воля.

Вот уже сколько времени ни одной звезды в русской литературе, никого, пусто. Ты знаешь кого-нибудь? Вот и я — тоже. Три варианта. Первый: может быть, уже никого и не будет. Второй: будет завтра. Третий: будет, скажем, через семьдесят-восемьдесят лет. А что? После Пушкина никого не было лет восемьдесят. Но потом зато уж повалило кучей. Пушкин всех перечеркнул, ну, кроме Лермонтова. Все эти Языковы, Вяземские, Баратынские — разве они поэты? Они писали хорошие стихи, и только. В стихах у них все было спокойно, никаких бурь. Пушкин весь — порыв, вихрь. Фет? Ну, сравнил! Да, Фет блестящий поэт, но рядом с Пушкиным он — мушка. Скажем так: поэтические и технические качества у него такие же, как у Пушкина, того же уровня, а силенок вот столько. Капля. Что он увидел? Что открыл? Природу? Чувства? Ну, музыкально. Пушкин увидел несравнимо больше. Он открыл летящий и сверкающий мир.

Художник делает открытия интуитивно (в отличие от ученых). В его фантазиях безотчетно возникают такие поразительные, опережающие время и накопленный запас знаний идеи, которые потом используют в науке и практической жизни. Художник мыслит не логически, не путем накопления знаний, а интуитивно, безотчетным порывом. Леонардо да Винчи таким образом изобрел почти всю современную технику: подводную лодку, вертолет, танк, торпеду и так далее. Творчество — изобретательство. Да, в своей области. Придет кто-то другой, перемелет все мои формы, к которым я уже не в силах что-нибудь прибавить, не вижу, что прибавить, и изобретет свое, множество каких-то новых форм, потому что увидит то, что я не вижу, потому что новый гений, потому что — другой.

Стивенсон? Романы его чрезвычайно растянуты. Так, есть сильные кусочки. Но его «Остров сокровищ» — это вещь! Скажем, такой пример: многие могут научиться водить автомобиль и ездить на нем по всем правилам, ездить великолепно, с безопасной скоростью, спокойно, ничем не рискуя. Но гонщиков — единицы. Они несутся, как безумцы, вне каких-либо правил. Знание машины и все прочее у них в крови, им уже не нужно, стало интуицией, они об этом и не вспоминают, машина и их тело, их воля — одно целое. Они поворачивают, как хотят, они гонят, куда им угодно. Так и художники, те, гении, тем они и отличаются от людей обыкновенных.



книга соснора купить

Из рецензий на книгу:
«Прогулки с Соснорой» – не учебник писательского мастерства, это книга о судьбе человека, открывающего истинную суть слова, языка, чем и должен заниматься каждый пишущий, невзирая на усвоенные им законы древних и новых великих тайнозрителей слова. «Не соблазняться ничем тебе чуждым», – быть собой – самое трудное. Об этом книга. Так и должно быть в «простой настоящей книге». Говоря об Учителе, Овсянников не пускается в долгий путь объяснений, трактовок, сопоставлений и предположений, и в этом как писатель остаётся самим собой. Он показывает: сцену, ситуацию, кадр, планы, панораму, – вершит пространство героя. Насколько оно органично и безгранично, говорит герой.
Вячеслав Овсянников написал книгу для художников в широком значении. Её можно читать с любого места, в ней блуждающий центр, как в жизни: где я – там центр. Разве нет? Где-то что-то происходит, кто-то совершает… – подумать так и рассыпался образ художника. И тут, начинается главное: что для тебя в помощь – воля, интуиция, молитва?
Александр МЕДВЕДЕВ


«Прогулки с Соснорой» — насыщенный интеллектуальный исторический роман (кажется, теперь такие романы называются нон-фикшн). Вовсе не значит, что все в романе надо принимать за чистую монету, цитировать и подражать. Надо иметь в виду: в романе Соснора-литературный герой — метафора. Даже если герой единственный в своем роде, — стоит не подражать литературному герою, а размышлять над образом. Больше всего роман замечателен тем, что он о «Я», вокруг «Я», от «Я». Такого «Я» теперь нет и, может быть, скоро не будет — прошло как дым. Духовная общественная обстановка вялая, бесформенная, внутренняя дисциплина человека низкая.
Людмила БУБНОВА





Еще книги автора на нашем сайте:

Вячеслав Овсянников «Тот день. Книга прозы»

Овсянников тот день купить Вячеслав Овсянников – не бытовой беллетрист, а, скорее, мифолог и писатель склада Андрея Белого. Хотя в интереснейших реальных деталях его прозы много правды, нельзя принимать весь этот страшный будничный быт за полностью достоверные копии. Это – сгустки абсурда, гротеска, метафор, которыми оперирует автор.
«Тот день» Вячеслава Овсянникова воспроизводит не готовое действие, а готовящееся, и чувство, растущее. Чувственную силу письма он обогащает «звукописью». Объектом его звуковой картины становится момент из жизни – природы, человека. Больше того, художественное изображение предчувствия ему интереснее, чем изображение чувства. Он ведет – от чего-то зыбкого, мельчайшего, от момента – к целому.


Как издать свою книгу?

издательство Скифия, издание книгИздательство «Скифия» выполняет заказы на издание книг от организаций и авторов, издающих свои произведения на собственные средства. Более чем 14-летний опыт работы, своя издательская и полиграфическая база, собственная отлаженная система распространения позволяют нам предложить оптимальное предложение на книгоиздательском рынке услуг. Мы работаем на всю Россию и Зарубежье.


Еще из книги:

Соснора
1995 ► 14 марта

Отчего перестают писать? Оттого, что заходят в тупик. Я имею в виду — высшие художники. Они затрачивают колоссальное количество энергии на свои произведения, потому что добиваются вершин, ищут открытий, создают изощреннейшее. А ведь силы у организма не безграничны, есть предел. Силы истощены, организм перестает работать, у него нет больше возможности чего-нибудь достигнуть.
1995 год ► 24 февраля

Погода гнетет, и бетонные стены, теперь я зимой ничего не могу писать. Умение писать, мастерство — это только первая ступенька писательства. Это само собой, об этом нечего и говорить. Не умеешь писать, значит, ты вообще не писатель, а что-то другое. Но уметь писать и знать, что тебе нужно сказать, и суметь сказать это... Вот тогда посмотрим.
1995 год ► 5 января

Животные действуют на нас, на нашу психику, мозг. Мы на них — нет. Неизвестно еще, кто выше — мы или животные. Ведь наша цивилизация искусственная, а у них — природная.

Это интересно:


Наши книги: Наталья Тованчева "Очень всякая жизнь"

Наши книги: Наталья Тованчева "Очень всякая жизнь"

Почти все рассказы Натальи выстроены в классическом «о'генриевском» духе, когда сюжетная, она же эмоциональная развязка наступает в последнем абзаце. Это придает любому, даже самому небольшому тексту характер шкатулки «с секретом», держа которую в руках ты понимаешь, что внутри нее сокрыта тайна.

Подробнее


Рекомендуем обратить внимание на книги:


Ровесники. Немцы и русские

Лашков Б.
Ровесники. Немцы и русские

Полноцветное иллюстрированное издание на мелованной бумаге. Cборник воспоминаний русских и немцев, переживших в детстве Вторую мировую войну. Теперь авторы не только вспоминают события, но и дают им оценку в надежде, что у последующих поколений не будет военного детства, а перемены будут вести только к благополучию.

Цена: 490

Библиотека текстов наших авторов:


Юрий Со: СТИХИ ЧЕЛОВЕКА

Юрий Со: СТИХИ ЧЕЛОВЕКА

Юрий Со живет и работает в Санкт-Петербурге. Хорошо известен на сетевых поэтических ресурсах. «Стихи человека» — первый сборник автора. Объектом внимания является все, что беспокоит современного человека в этом удивительном мире.

Подробнее