Корзина
(812) 575-25-66 | skifiabook@mail.ru
   

печать книг

Том II. Глава 01. (03)

1015—1019 г. Великий князь Святополк (Окаянный).

Союз Ярослава с Императором Немецким. Война с Болеславом Храбрым. Битва на Буге. Взятие Киева.

Жан Якоби "Болеслав Храбрый", художественный портрет

Жан Якоби "Болеслав Храбрый", художественный портрет


Но Святополк еще не думал уступить Ярославу престола, окровавленного тремя братоубийствами, и прибегнул к защите Болеслава. Сей [польский] Король, справедливо названный Храбрым, был готов отмстить за своего зятя и желал возвратить Польше города Червенские, отнятые Владимиром у Мечислава: имея тогда войну с Генриком II, Императором Немецким, он хотел кончить оную, чтобы тем свободнее действовать против России. Епископ Мерзебургский, Дитмар, лично знакомый с Генриком II, говорит в своей летописи, что Император вошел в сношение с Ярославом, убеждая его предупредить общего их врага, и что Князь Российский, дав ему слово быть союзником, осадил Польский город, но более не причинил никакого вреда Болеславу.

Таким образом, Ярослав худо воспользовался благоприятными обстоятельствами: начал сию бедственную войну, не собрав, кажется, достаточных сил для поражения столь опасного неприятеля, и дал ему время заключить мир с Генриком. Император, теснимый с разных сторон, согласился на условия, предложенные гордым победителем, и, недовольный слабою помощию Россиян, старался даже утвердить Короля в его ненависти к Великому Князю. Болеслав, усилив свое опытное войско союзниками и наемниками, Немцами, Венграми, Печенегами — вероятно, Молдавскими, — расположился станом на берегах реки Буга.

За несколько месяцев до того времени страшный пожар обратил в пепел большую часть Киева: Ярослав, озабоченный, может быть, старанием утешить жителей и загладить следы сего несчастия, едва успел изготовиться к обороне. Польские Историки пишут, что он никак не ожидал Болеславова нападения и беспечно удил рыбу в Днепре, когда гонец привез ему весть о сей опасности; что Князь Российский в ту же минуту бросил уду на землю и сказав: не время думать о забаве; время спасать отечество, вышел в поле, с Варягами и Россиянами.

Король стоял на одной стороне Буга, Ярослав на другой; первый велел наводить мосты, а второй ожидал битвы с нетерпением — и час ее настал скорее, нежели он думал. Воевода и пестун Ярославов, Будый, вздумал, стоя за рекою, шутить над тучностию Болеслава и хвалился проткнуть ему брюхо острым копьем своим. Король Польский в самом деле едва мог двигаться от необыкновенной толщины, но имел дух пылкий и бодрость Героя. Оскорбленный сею дерзостию, он сказал воинам: «Отмстим, или я погибну!» — сел на коня и бросился в реку; за ним все воины. Изумленные таким скорым нападением, Россияне были приведены в беспорядок. Ярослав уступил победу храброму неприятелю, и только с четырьмя воинами ушел в Новгород. Южные города Российские, оставленные без защиты, не смели противиться и высылали дары победителю. Один из них не сдавался: Король, взяв крепость приступом, осудил жителей на рабство или вечный плен.

Лучше других укрепленный, Киев хотел обороняться: Болеслав осадил его. Наконец утесненные граждане отворили ворота — и Епископ Киевский, провождаемый духовенством в ризах служебных, с крестами встретил Болеслава и Святополка, которые 14 Августа въехали торжествуя в нашу столицу, где были сестры Ярославовы. Народ снова признал Святополка Государем, а Болеслав удовольствовался именем великодушного покровителя и славою храбрости. Дитмар повествует, что Король тогда же отправил Киевского Епископа к Ярославу с предложением возвратить ему сестер, ежели он пришлет к нему дочь его, жену Святополкову (вероятно, заключенную в Новогородской или другой северной области).

 

Марина ГеоргиеваКомментарий Игоря Скифа:

Борис Акунин достаточно сжато описывает этот отрывок в своей "Истории россйиского государства", но, в отличии от Карамзина, подчеркивающего в своем труде благородство Болеслава, Акунин сразу же обозначает другие помыслы польского короля:

"Ярослав занял отцовскую столицу и объявил себя великим князем. Но война на этом не закончилась.
Весной следующего 1017 года Святополк вернулся, приведя с запада войско своего тестя Болеслава Польского. Титмар Мерзебургский пишет, что к полякам и русской дружине присоединились тысяча печенегов, пятьсот венгров и триста саксонцев.

В новой битве, произошедшей на берегу Буга, польский князь наголову разгромил Ярослава, который потерял всю свою армию и бежал на север всего «с четырми человекы».

Болеслав почти без сопротивления занял Киев, однако вовсе не собирался передавать власть зятю, а уселся на престоле сам и расставил по городам свои гарнизоны.

Победителю, помимо награбленного, досталась вся государственная казна. Передал ее полякам тот самый Анастас-корсунянин, который тридцать лет назад выдал Владимиру тайну Херсонесского водопровода и за это был приближен ко двору. Теперь хитрый грек снова вовремя переметнулся на сторону победителя и ловко втерся ему в доверие — «ся ему вьверил лестью»."

Борис Акунин "История Российского государства"

 

Марина ГеоргиеваКомментарий Марины Георгиевой:

Елена Александровна Мельникова (Российский историк-медиевист, Доктор исторических наук. Работает в Институте всеобщей истории РАН (главный научный сотрудник, заведующая центром «Восточная Европа в античном и средневековом мире»), зарубежный член Шведской академии им. Густава Адольфа, автор свыше 250 научных публикаций, в том числе 7 монографий):

"... описание киевского похода 1018 г. предваряют сведения о военных действиях на русско-польском пограничье в 1017 г. На них нельзя не остановиться, ибо Титмар — снова единственный источник, который донес до нас сведения об этих событиях.

В главе VII, 65, в контексте рассказа о польско-немецкой войне, Титмар сообщает о неудачной кампании Генриха П летом и ранней осенью 1017 г., после чего в октябре германский король соглашается на мирные переговоры с Болеславом Храбрым и только затем «узнаёт, что король Руси (rex Ruszorum), как и обещал ему через своего посла, напал на Болеслава, но, овладев [неким] городом, ничего более там не добился».

Выясняется, что Ярослав Владимирович как опытный политик (ему было уже около сорока лет), утвердившись в Киеве после первой схватки со Святополком поздней осенью 1016 г., немедленно вошел в сношения с врагом своего врага Болеслава — германским королем Генрихом II, договорившись с ним о совместных действиях против Польши летом 1017 г. Тем самым, понятно, исключалась помощь со стороны польского князя своему родственнику Святополку.

В «Повести временных лет» о войне 1017 г. нет ни слова, и только Новгородская I летопись (всегда немногословная, но тут, пожалуй, даже слишком) роняет в статье 1017 г.: «Ярослав иде к Берестию».

Комбинируя это свидетельство с данными Титмара, легко заключить, что Берестье и было тем городом, который Ярославу удалось взять, хотя развить свой успех он не сумел. Следовательно: бежав после поражения под Любечем, Святополк сумел закрепиться в Берестье, западном форпосте своего бывшего Туровского удела.  Характерно, что, потерпев поражение от Ярослава в 1019 г., Святополк, согласно летописи, снова спасается бегством в Берестье.

Несмотря на общую неудачу совместных действий Ярослава Владимировича и Генриха II в 1017 г., они положили начало тому стабильному русско-немецкому союзу (одной из характерных примет внешней политики Ярослава Мудрого), который просуществовал, по крайней мере, четверть века."

Далее автор (Мельникова) обращается непосредственно к "Хронике" Дитмара:

"Приводим его здесь практически целиком.

«VIII, 31. Не следует умолчать и о достойном сожаления бедствии, постигшем Русь, ибо с нашей помощью Болеслав напал на нее с великим войском, нанеся ей большой урон. 22 июля (1018 г. — Авт.) названный герцог, подойдя к некоей реке (Западному Бугу. — Авт.), приказал своим воинам разбить там лагерь и навести необходимые мосты. Король Руси (гех Ruscorum), расположившись со своими [воинами] близ той же [реки], с нетерпением ожидал исхода предстоявшего по взаимному соглашению сражения.

Между тем поляки, дразня близкого врага, вызвали [его] на столкновение, [завершившееся] нечаянным успехом, так что охранявшие реку были отброшены. Узнав об этом, Болеслав ободрился и, приказав бывшим с ним немедленный сбор, стремительно, хотя и не без труда, переправился через реку.

Вражеское войско, выстроившись напротив, тщетно старалось защитить отечество, ибо, уступив в первой стычке, оно не оказало больше серьезного сопротивления. Тогда пало там бесчисленное множество бегущих, победителей же — немного. Из наших погиб славный воин Херик ... С того дня Болеслав, [добившись] желанного успеха, преследовал разбитого врага, а жители повсюду встречали его с почестями и большими дарами."

И далее:

"Отметим еще один генеалогический штрих, показательный тем, что он подтверждает летописную версию о происхождении Святополка «от двух отцов» — Владимира и его брата Ярополка. Болеслав посылает митрополита в Новгород к Ярославу с предложением обменять свою дочь (тот, оказывается, заблаговременно спрятал ее на севере Руси — характерная черта неудачливого полководца, но предусмотрительного политика) на «жену, мачеху и сестер» Ярослава.

Не странно ли? Ведь если бы Святополк считал себя Владимировичем, то это были бы также и его «мачеха и сестры». Приходится думать, что он так не считал."

И еще немного из Мельниковой, об Ярославе:

"Крайне любопытны сведения о женской половине княжеского семейства, о которой, как правило, молчат древнерусские источники.

Так, они ничего не сообщают ни о втором браке Владимира Святославича («мачехе» Ярослава), ни о первом браке самого Ярослава (до женитьбы в 1019 г. на шведке Ингигерд — очевидно, первая супруга Ярослава не пережила катаклизма 1018 г.).

Поражает обилие сестер Ярослава, из которых по летописи известны лишь три; видимо, одна или две из них были уже от второго брака Владимира (ср. сведения о женитьбе ок. 1038 г. на Владимировне двадцатидвухлетнего польского князя Казимира I; см.: гл. 4.2).

Но особенно интересно известие, будто на одной из них «беззаконно ... женился старый распутник Болеслав», который и «раньше» ее «добивался». Этот факт известен и Анониму Галлу; польский хронист даже представляет оскорбительный отказ Ярослава выдать свою сестру за Болеслава главной причиной похода 1018 г., но при этом изображает Владимировну не женой, а наложницей польского князя, таким образом отомстившего за оскорбление.

Так же излагают дело и некоторые списки «Повести временных лет», где сказано, что Болеслав «положи себе на ложи Передсла- ву, дщерь Володимерю, сестру Ярославлю», а, оставляя Киев, «поволочи» ее с собою (см., например: ПСРЛ. Т.4. С. 108; Т.5. С. 132) (Передслава являлась сестрой Ярослава не только по отцу, но и по матери, будучи дочерью Владимира от Рогнеды, как и Ярослав).

Почему же умалчивает об этом Титмар? Что могло помешать ему лишний раз подчеркнуть бесчинство Болеслава? Очевидно, дело было не так просто, как то изображают поздние польские и древнерусские источники, и статус Передславы как именно наложницы определился лишь после разрыва польского князя со Святополком. В Киеве же Болеслав разыгрывал представление о своем очередном (пятом по счету!) браке, ведя двусмысленную политику: для Генриха II он был (псевдо)лояльным вассалом, перед Константинополем выставлял себя хозяином Руси, а перед Святополком и киевлянами хотел выглядеть верным союзником. "

Е.Л. Мельникова. "Древняя Русь в свете зарубежных источников"

 




Рекомендуем обратить внимание на книгу:
Падение Третьего Рима.
Духовные основы возрождения Русского Православного Царства

Реформа патриарха Никона и истинные причины церковных преобразований XVII века.

книга падение третьего римаКнига «Падение Третьего Рима» буквально взрывает наши представления о церковной реформе патриарха Никона.
Автор, собрав и систематизировав факты и сведения, убедительно описывает события, произошедшие в России во второй половине XVII века, показывая, что истоки многих проблем, как церковных, так и социально-политических, коренятся в трагедии раскола Русской Церкви.

При всей серьезности исследования книга написана доступным языком и будет интересна не только специалистам, но и широкому кругу читателей. Об этом свидетельствует и интерес читателей — с 2009 по 2015 год книга выдержала уже четыре переиздания.



Как издать свою книгу?

издательство Скифия, издание книгИздательство «Скифия» выполняет заказы на издание книг от организаций и авторов, издающих свои произведения на собственные средства. Более чем 14-летний опыт работы, своя издательская и полиграфическая база, собственная отлаженная система распространения позволяют нам предложить оптимальное предложение на книгоиздательском рынке услуг. Мы работаем на всю Россию и Зарубежье.


Еще по теме:

Плен Володаря. Смерть трех Князей знаменитых.
Том II. Глава 07. (04) ► 1113—1125 г. Владимир Мономах.

Плен Володаря. Смерть трех Князей знаменитых.

Завоеванием Минска и приобретением Владимира (Волынского) Мономах утвердил свое могущество внутри Государства, но не думал переменить системы наследственных Уделов, столь противной благу и спокойствию отечества.
Усмирение Минского Князя и Новогородцев. Изгнание и бедствие Князя Владимирского. Венгры, Богемцы и Поляки в России. Их неудача.
Том II. Глава 07. (03) ► 1113—1125 г. Владимир Мономах.

Усмирение Минского Князя и Новогородцев. Изгнание и бедствие Князя Владимирского. Венгры, Богемцы и Поляки в России. Их неудача.

Владимир, одолевая внешних неприятелей, смирял и внутренних. Князь Глеб Минский, Беспокойные Новгородцы, Князь Ярослав Владимирский,

Это интересно:


Д. Максимов — исследователь поэзии и человек поэзии

Д. Максимов — исследователь поэзии и человек поэзии

Представляем статью о российском литературоведе, поэте, докторе филологических наук Дмитрии Евгеньевиче Максимове. Статья вошла в книгу И. Альми "Внутренний строй литературного произведения".

Подробнее

Наши книги: Юрий Темирканов. Монолог

Наши книги: Юрий Темирканов. Монолог

Представляем отрывок из книги о советском, российском симфоническом дирижёре, педагоге, Народном артисте СССР, лауреате двух Государственных премий, полном кавалере ордена «За заслуги перед Отечеством» Юрии Темирканове.

Подробнее


Рекомендуем обратить внимание на книги:


NEW Демократия. Надежды и беды России. Том III

Азин-Соколов Г.
NEW Демократия. Надежды и беды России. Том III

NEW Демократия. Как товарищи стали господами

«New демократия» — продолжение раздумья о времени, о Родине и о себе. Мы — Россия и ее народ — явно на распутье. И чтобы идти вперед, необходим анализ происшедшего. Почему так радостно начавшаяся перестройка закончилась драматическим поворотом назад? Почему, стремясь к истине, мы от нее удалились?

Цена: 490
Симфония жизни. Сияние Огненной Любви

Чеглаков О.
Симфония жизни. Сияние Огненной Любви

Книга пятая, круг первый

Книга записей одного из деятелей Рериховского движения О.Н. Чеглакова «Сияние Огненной Любви» — пятая из серии «Симфония жизни». Она является необходимым и важнейшим опытом записи Знаний, полученных путём взаимодействия с Учителями человечества

Цена: 540

Полезное: